Психология вошла в мою жизнь более 11 лет назад и с тех пор стала моим интересом, помощником и профессией. На собственном опыте я знаю, что терапия помогает, а иногда оказывается даже спасительной.

Я верю, что в каждом человеке есть источник силы, мудрости и любви, способность к исцелению, заложенная природой.

В своей работе я использую гештальт-подход, потому что вижу в гештальте свободу. Свободу выбора, свободу самопредъявления.

Нет задачи исправить клиента, а лишь помочь ему осознать какой он есть, увидеть свои «слепые пятна». Терапевт иногда выступает зеркалом, чтобы клиент заметил, как он действует и как на его действия реагирует окружающий мир. Когда клиент понимает это, он сам решает актуально ли такое взаимодействие с миром в текущей реальности или нет и сам делает выбор.

Сессия — это, в первую очередь, встреча двух людей в равной партнерской позиции. Терапевт работает собой. Мне близка одна цитата по этому поводу: «у клиента раны, а у терапевта шрамы».

Я ставлю своей задачей создание доверительного пространства, где человек может раскрыться. Конечно, я использую методы и техники подхода, но опираюсь в основе на искренний диалог, интерес к клиенту, сочувствие и сопереживание.

Запросы, с которыми ко мне обращаются клиенты, разнообразны, их объединяет стремление изменить свою жизнь к лучшему. Методики, инструменты, эксперименты и правильные вопросы приводят к осознанию, помогают справиться и сориентироваться, а лечит, на мой взгляд, принятие и любовь. Общечеловеческая любовь между двумя людьми в лице клиента и терапевта. А также любовь и сострадание к себе.

Ещё в гештальт-терапии мне импонирует новизна — «каждый случай, как первый». Клиент не рассматривается с точки зрения структуры личности и диагностики. Каждый случай уникален. Когда клиент приходит, я выношу за скобки шаблоны и классификации, я работаю с человеком, с индивидуальной историей и контекстом. Ибо разные способы проживания жизни могут быть нормальной реакцией на ненормальные условия.

Взаимодействие в гештальте происходит в настоящем моменте «здесь и сейчас», так как настоящее уже включает в себя наш прошлый опыт и планы на будущее. Иногда для обретения целостности мы будем ходить в прошлое с опорой на настоящее и на терапевта, а также строить желаемое будущее.

Важным и интересным в гештальт подходе я также нахожу теорию парадоксальных изменений, кратко она говорит, что изменения в жизни человека начинают происходить с того момента, в котором он становится тем, кем он на самом деле является. С этого момента мы начинаем жить свою жизнь, а не казаться.

Терапия помогает понять кто я есть, исходя из принятия своих истинных потребностей, желаний и стремлений, возможностей и ограничений.

В своей работе я внимательна и бережна, сопровождаю раскрытие осознанности клиента, помогаю расширить палитру взаимодействия с миром, обрести новый опыт и собственное творческое приспособление к окружающей действительности.

Как психолог я постоянно повышаю свою квалификацию, прохожу регулярную супервизию у более опытных коллег.

При выборе психолога для меня было важно, чтобы сам терапевт проходил индивидуальную терапию, бывал на месте клиента. Со своей стороны я в личной терапии с 2013 года.

В практике я придерживаюсь гуманистического направления, опираюсь на метод гештальт-терапии. В работе основываюсь на этическом кодексе психолога.